Ришикеш и Дхарамсала: предгорья Гималаев
Утром йога у Ганга, потом момо в тибетском городке на склоне, а стоит всё это как неделя в Сочи.
В Ришикеше Ганг только что вырвался из гор
В заброшенный ашрам Битлов можно спокойно зайти
В Дхарамсале живёт сам Далай-лама
От Шивпури рафт несёт тебя по порогам
Сегодня из Дели к Гангу, и первый же вечер будет громким. Утренний экспресс с Нью-Дели часов пять идёт полями до Харидвара и к обеду упирается в предгорья. На вечернюю аарти у Хар-ки-Паури ступени занимают за час. Тысячи людей, барабаны бьют с обоих берегов, и вся набережная разом пускает по течению огни в листьях. Тесно, шумно и так красиво, что про тесноту забываешь. После церемонии час на такси до Ришикеша, ночевать там спокойнее.
Сегодня Ришикеш и его мосты. Лакшман Джула закрыт с девятнадцатого года, ходить по нему нельзя совсем, поэтому через реку переходишь по Рам Джуле или по новому мосту в паре сотен метров выше. От Рам Джулы идёшь вверх по правому берегу, мимо лавок с бусами и коров, которые уступать дорогу не собираются. Река здесь быстрая и ледяная. Заходить в неё можно только у гатов с цепями и не дальше цепей, даже если жара невыносимая.
Сегодня утро на коврике, и лучше очень раннее. В шесть утра занятия идут чуть ли не в каждом втором ашраме, а вечерние группы вдвое больше. Ашрам Битлов открыт с десяти до темноты, для иностранцев вход отдельный и дороже. Внутри четырнадцать акров леса, восемьдесят четыре каменных купола для медитации и граффити прямо поверх обвалившейся штукатурки. Тут тихо и немного заброшенно, и хочется просто сесть и посидеть.
Сегодня самый мокрый день поездки. Старт в Шивпури, а дальше шестнадцать километров вниз по течению до Рам Джулы. По пути штук пять порогов третьей категории, а между ними спокойные плёсы, где можно вывалиться из лодки и проплыть самому. Ещё есть камень высотой с дом, с которого прыгают в воду самые смелые. Спасжилет и шлем выдают на месте, а телефон оставь в машине: сухих мешков хватает не всем.
Будильник на четыре, а приз — рассвет, который выпадает не всем. Джип час взбирается по серпантину, тридцать пять километров, и последние двадцать минут едешь прямо по гребню. Дальше пешком: триста ступеней от парковки, и ты у храма на высоте тысяча семьсот. Если повезёт с воздухом, а в марте и ноябре он чистый, на горизонте поднимутся белые Бандарпунч и Чаукхамба. В дымку же не разглядеть и соседнюю долину, так что считай это лотереей, в которой выигрыш очень красивый.
Сегодня крыша кафе, чай масала, книжка и шум реки внизу. Ничего не планируешь и никуда не идёшь, а вечером садишься на ступени гата и смотришь, как по Гангу уплывают огни в листьях.
Сегодня долгий переезд в горы ночным автобусом. Вечером он уходит из Ришикеша и двенадцать часов едет через Чандигарх, полки лежачие и узкие. Проси нижний ярус и подальше от колеса, трясти будет всю дорогу, а под утро начнётся серпантин. Высадят внизу, в Дхарамсале, а до Маклеод-Ганджа ещё десять километров вверх на такси. Подниматься почти на два километра выше, и тело это заметит сразу.
Сегодня знакомишься с тибетским городком. К девяти приходи в Цуглагканг: во дворе монахи по расписанию спорят, с жестами и хлопками, и смотреть можно свободно. Зрелище очень живое и шумное, совсем не похожее на тихую молитву. Через дорогу дом Далай-ламы, туда не пускают. В том же комплексе музей Тибета, и две трети экспозиции посвящены исходу пятьдесят девятого года. Обедать иди в тибетские кухни на главной улице, за момо и тукпой.
Сегодня обходишь пешком соседние деревни. Двадцать минут от главной площади, и ты в Бхагсунаге, у храма с бассейном. Водопад прячется ещё на километр выше по бетонке, и какой он будет, зависит от дождей: после них гремит, в сухие месяцы еле течёт. Наверху тропа сворачивает траверсом в сосны и выводит в Дхарамкот. Тут в кафе с ноутбуками сидят те, кто заехал на десять дней и застрял на третий год. Посиди с ними часок, только следи за собой: это легко подхватить.
Самый тяжёлый и самый красивый день поездки. Старт от Галлу-Деви, там же выписывают разрешение за сто рупий с человека и записывают всех в журнал. Девять километров вверх по хребту Дхауладхар, набор около километра, а верхний кусок зовут двадцатью двумя поворотами, и каждый из них ты прочувствуешь. Наверху две тысячи восемьсот пятьдесят метров, а прямо перед носом встаёт стена в четыре с половиной тысячи. Палаток на поляне ставят не больше двадцати.
Сегодня ногам выходной. Начинаешь с массажа: тибетский ку-нье делают почти на каждой улице, около семисот рупий за час. Потом спускаешься на двадцать километров в долину, в Норбулингку. В мастерских института пишут тханки, режут по дереву и льют металл, и к мастерам можно подойти вплотную. Вокруг японский сад с каналами, мостиками и карпами, и тишина в нём такая, что слышно воду.
Сегодня едешь туда, где чайные кусты растут у самого снега. До Палампура час вниз по долине, лучше с утра. Террасы с чаем доходят прямо до подножия снежного хребта, и зелень сменяется белым безо всякого перехода, как на детском рисунке. На фабрике проведут по всей цепочке, от завяливания листа до сушки, и нальют кангрского, а местные пьют его чаще зелёным. Совсем рядом Ньюгал: вода скользит по каменным плитам ущелья, и кафе нависают прямо над ней.
Последнее утро отдай Гангу и мостам Ришикеша: коровы, йоги и вода цвета бирюзы.
Из Дели до Ришикеша полдня пути: поездом до Харидвара, а оттуда на рикше. У Дхарамсалы есть свой маленький аэропорт в Гаггале.
Между Ришикешем и Дхарамсалой ходит ночной автобус, двенадцать часов по серпантину. На месте ездишь на рикшах, местных автобусах и такси на день.
Карты РФ не работают, так что меняй рупии в Дели и держи их наличными. Класс в ашраме, массаж и рикши принимают живые деньги, а сдачи часто нет.
Ночные автобусы и поезда бери онлайн заранее, у окошка мест уже не будет. Комнату в Маклеод-Гандже в сезон трека разбирают за недели.
Электронную визу оформляй ещё до покупки билетов. Одобрение идёт несколько дней, и ускорить его нельзя, а без визы на рейс не посадят.
Северные и южные тхали, доса, паратхи. У входа сидит гримированный «чотивала» с косичкой — он же вывеска.
Работает с 1958 года, других таких в Ришикеше нет, и знают об этом все: в обед зал набит под завязку.
Сваргашрам, у моста Рам Джула — правый берег Ганги
Южноиндийская классика с середины прошлого века: доса, идли, гималайский плов, тхали и чай.
Полвека кормит паломников, идущих через Рам-Джулу, — расписание и меню тут подстроены под них, а йога-ретриты ни при чём.
у моста Рам-Джула, со стороны Сварг-Ашрама
Тхали по аюрведе: без лука и чеснока, из сезонных продуктов, с объяснением, зачем в тарелке каждая позиция.
Меню собрано по аюрведе, банановых панкейков для приезжих тут не держат; заведение семейное, готовят долго и на заказ.
Тапован, в переулке в стороне от главной улицы
Кофе, чай, выпечка, сэндвичи и лёгкая еда среди полок с книгами о Тибете и буддизме.
С крошечных балконов видна вся долина и хребет Дхауладхар — можно просидеть с книгой полдня, никто не торопит.
Нижняя Джогивара-роуд, Маклеод-Гандж — пара минут от главной площади; вторая половина маршрута, Дхарамсала
В Ришикеше нет ни мяса, ни алкоголя, и это официально и всерьёз.
На Триунд выходи в семь утра: после полудня тропу затягивает облаком.
Вечернюю аарти смотри у Парматх Никетан, ступени к реке там занимают ещё до заката.
Обезьяны в Ришикеше отбирают еду и телефоны, так что на мостах пакет из рук не выпускай.
Йогу выбирай по классу, а не по ашраму: пробное занятие есть почти везде.
В Маклеод-Гандже вечером холодно: он почти на два километра выше Ришикеша.
Ночные автобусы по серпантину не для тех, кого укачивает.
Обезьян тут не разогнать: хозяева здесь они, и что взяли, то уже их.
Электронную визу оформляй заранее: одобрение идёт несколько дней, а в аэропорту её не поставят.