Самарканд, Бухара и поезд между ними
Три великих города Шёлкового пути без всякой визы, и в каждом свой оттенок синего.
На медресе Шердор тигры, хотя рисовать их было нельзя
Над Тамерланом в Гур-Эмире лежит нефритовая плита
Минарет Калян не тронул даже Чингисхан
Улица мавзолеев Шахи-Зинда вся сверкает изразцами
Первый день в Ташкенте начинается рано, потому что Чорсу просыпается раньше города. Под голубым куполом к десяти самые живые ряды уже выдыхаются, так что приходи, пока там шумно и людно. Оттуда пешком до Хазрати Имама. Рядом, в Центре исламской цивилизации, лежит Коран Османа, книга размером со стол. Обратно спускаешься в метро: станции строили как дворцы, а фотографировать в них разрешили только с 2018 года, так что телефон держи наготове. Вечер отдай пешеходному Сайилгоху между сквером и памятником Тимуру.
Самарканд встречает вокзалом на отшибе: до центра ещё километров пять, зато такси дежурят прямо у выхода. Закинув вещи, шагаешь по Ташкентской улице, Регистан остаётся сбоку, а впереди вырастает Биби-Ханым. Тимур возводил её на трофеи индийского похода с невероятным размахом, но мечеть стала разрушаться ещё при его жизни. Прямо за ней начинается Сиабский базар. Урюк, курага и специи лежат там горами, и проскочить мимо у тебя не выйдет, как ни старайся.
Сегодня день синего цвета во всех оттенках. В Шахи-Зинду приходи к самому открытию: проход между мавзолеями узкий, и как только заходит автобусная группа, изразцы приходится разглядывать через чужие затылки. Потом на север, к обсерватории Улугбека. От секстанта остался подземный кусок дуги, и по нему понятно, какой махины это была часть. Рядом музей Афрасиаба с фресками согдийских послов. Гур-Эмир оставь на вечер: в подсветке ребристый купол выглядит совсем другим, почти сказочным.
Сегодня переезжаешь в Бухару. Поезд высаживает в Кагане, и до старого города ещё километров двенадцать. Заселяешься и проходишь город насквозь: от Ляби-Хауза улица ныряет под торговые купола, где когда-то каждый торговал своим. В Заргароне ювелиры, в Тельпак-Фурушоне шапки, в Саррафоне менялы. Улица сама выводит к Пои-Калян. Вечером возвращайся к хаузу: воду подсвечивают, а тутовники над ней старше твоего дома, и чай под ними пьётся очень медленно.
Спокойный день, и начинается он с крепости. Арк стоит на насыпи из собственных развалин, внутри двор эмира, а рядом зиндан, яма-тюрьма с решёткой сверху: заглянешь вниз, и свободу начинаешь ценить сильнее. Напротив, через площадь, Боло-Хауз. Деревянные колонны мечети отражаются в пруду и удваиваются, отсюда прозвище «сорок колонн». Потом бери такси за город, в Ситораи Мохи-Хоса. По саду последнего эмира до сих пор важно ходят павлины, будто им забыли сообщить, что эмира давно нет.
Утро перед дорогой проведи у Ляби-Хауза под тутовником: чайник зелёного и больше никаких дел.
Прилетаешь в Ташкент или сразу в Самарканд. От Ташкента «Афросиаб» довозит до Самарканда за пару часов, и тем же поездом едешь дальше в Бухару.
Старые кварталы обходишь пешком, а между районами ездишь на дешёвом такси, его ловят прямо с обочины. Между городами только скоростной поезд.
Карты из дома здесь мертвы. Вези доллары и меняй в банке, сумы понадобятся на базаре, в такси и в чайхане. Симку продают по паспорту, интернет дешёвый.
«Афросиаб» раскупают за недели, и это единственное, что тут по-настоящему заканчивается. Билеты бери сразу после авиа, а не по приезде.
Мясо на углях, узбекские супы и европейская половина меню для тех, кого уже не тянет к плову. Продукты со своей фермы.
Работает больше двадцати лет — это адрес, который в Самарканде называют, когда спрашивают, где нормально поужинать вечером.
Самарканд, улица Пушкина, 2 — терраса под платанами в европейском квартале, недалеко от Регистана
Халиса: пшеницу с мясом томят всю ночь до состояния густой каши, которую едят ложкой. Дым от казана на дровах слышен в тарелке.
Халису готовят дома и по праздникам, в меню у Регистана её нет — а тут она есть каждый день с утра до ночи.
Самарканд, Лимонадная улица
Манты «мульён»: тонкое тесто, рубленая баранина с луком и курдюком, размером в ладонь.
Тесто раскатывают тонко, а фарш рубят ножом: за такими мантами самаркандцы ходят к соседям, мимо ресторанов с парковкой.
Самарканд, жилой квартал — в такси называй «Облокул манты»
Двадцать видов шашлыка — от рёбер и курдюка до печени в сетке. Мангал во дворе, столы простые, к мясу лепёшка и лук.
Стоит на Пенджикентской, в стороне от экскурсионного кольца: вечером тут семьи из соседних кварталов.
Самарканд, Пенджикентская улица
Билеты на «Афросиаб» бери сразу вместе с авиа, они кончаются раньше отелей.
Торговаться на базарах не стыдно, а обязательно, и это даже весело.
Обратно вылетай из Бухары, чтобы не ехать назад через всю страну.
Чор-Минор стоит в стороне от туристической оси, минут десять по жилым кварталам за Ляби-Хаузом, и доходят туда немногие.
Регистану нужно два захода: утром на пустую площадь, вечером на подсветку.
За пловом иди в обед: казан варят один на день, и к вечеру он пустой.
В чайханах и на рынках всё решают наличные сумы, с картой там ничего не выйдет.
Талоны о регистрации выдаёт отель, и хранить их надо до вылета: на выезде могут спросить.
Весной и осенью вечера прохладные, так что кофта пригодится.