Качкарские горы: треккинг у Чёрного моря
Неделю идёшь пастушьими тропами от яйлы к яйле, ночуешь у ледниковых озёр, а толпы где-то очень далеко.
Ризе мокнет чаще всей Турции, зато весь чай отсюда
Вершина Качкара почти дотягивает до четырёх тысяч метров
На северных склонах до сих пор лежат ледники
Чайные плантации карабкаются по склонам прямо в облака
Перед горами Трабзон работает как склад снаряжения. В торговом центре Forum Trabzon на приморском шоссе есть Decathlon, и там продают резьбовые баллоны, которые встают на большинство горелок. Заодно бери перчатки и налобный фонарь. Вечер проводишь на площади Мейдан и пешеходной Узун-Сокак: пахнет чаем, фундуком и пиде прямо из печи, так что ужин находится сам. Ложишься рано, потому что подъём завтра ещё затемно.
Сегодня город остаётся внизу. Утром едешь в Айдер, там пересаживаешься в машину с водителем, и она долго карабкается по грунтовке к Юкары-Каврун. Это яйла на 2200 метрах: каменные дома на лугу под самым гребнем, и вокруг вдруг остаются одни горы. Вещи бросаешь в доме или ставишь палатку рядом, а потом налегке поднимаешься по долине часа на два, пусть тело знакомится с высотой. Вечером чай у хозяев и ранний сон, потому что ночи тут холодные даже в августе.
Сегодня первый настоящий подъём, и в конце его ждёт ледниковое озеро. Выходишь в семь, пока туман сидит в долине: к обеду он часто поднимается и прячет всё, что наверху. До озера Деребаши около семи километров по долине и семьсот метров набора, это три-четыре часа ходу. Оно лежит в каменной чаше на 2900 метрах прямо под северными стенами Качкара. Купаться холодно даже в июле, а вот руки в воду опустить стоит. Обедаешь на берегу, вниз тем же путём, и к ужину ботинки уже сохнут у печки на яйле.
Сегодня самый длинный переход, восемь-девять часов на ногах, и стартуешь с рассветом. Путь начинается на Юкары-Кавруне, ведёт мимо озёр Дженговит и упирается в перевал Налетлеме, 3220 метров. Наверху сплошной камень и осыпи, ноги ставишь аккуратно. Туман часто приходит на седловину после обеда, поэтому лучше оказаться там как можно раньше. Дальше долгий спуск на южную сторону, мимо яйлы Добе на 2440. К вечеру Олгунлар и пансион с горячим ужином, который после такого дня кажется царским.
После перевала день короткий, ногам дают передышку. Из Олгунлара выходишь к десяти и неспешно поднимаешься по долине, тропа набирает высоту плавно, через луга. Часа через два яйла Настаф на 2400 метрах: привал, а если пастухи на месте, то и чай. Ещё полтора часа, и ты в лагере Дильбердюзю на 2900, с туалетом и ровными площадками. Палатку ставишь засветло, а потом садишься и смотришь, как солнце медленно сползает со стены Качкара прямо над головой.
Сегодня забираешься выше всего за поход. Подъём затемно, и из Дильбердюзю около пятисот метров набора по морене к озеру Дениз, почти на 3400, под самой стеной Качкара. Успеть стоит до десяти: пока нет ветра, вода лежит зеркалом, и в ней целиком отражается гребень. Посиди на берегу час, никуда не торопясь, ради этого вида и стоило нести рюкзак. К полудню спускайся: после обеда с севера через хребет переваливают облака. Вечер в лагере, ранний ужин и сон.
Назад на северную сторону идёшь другой дорогой, и день выйдет долгим. Из Дильбердюзю тропа ведёт к озеру Соганлы и яйле Давалы, а потом круто лезет на перевал Каврун, выше трёх тысяч метров. Почти весь день под ногами камень, поэтому стартуешь на рассвете. Спуск идёт мимо Деребаши, того самого озера из третьего дня, и здороваешься с ним как со старым знакомым. К ужину ты снова на Юкары-Кавруне: тепло, чай и сухие носки, и большего сейчас не хочется.
Сегодня собираешь северные озёра одно за другим. С Юкары-Кавруна поднимаешься к Бююк-Дениз на 2950 метрах, потом траверсом идёшь к Карадениз на 2782. Оно лежит в каменной чаше, рядом ещё два маленьких, Месук и Хоч, и вода блестит со всех сторон, будто по камням разбросали зеркала. Всего за день около двенадцати километров. К вечеру спускаешься на Юкары-Чеймакчур, яйлу на 2300 метрах, где летом ещё пасут скот, и ставишь палатку рядом с домами.
Утро на Чеймакчуре, и торопиться некуда. Тут летом ещё живут с коровами, и яйла просыпается с дымом из труб. Потом полдня спуска к Айдеру: тропа выводит на грунтовку через Галер-Дюзю, широкий луг над долиной, и дальше всё вниз и вниз. В Айдере заселяешься в гестхаус и стоишь под горячим душем, пока не надоест. На ужин мухлама, и после недели на горелке это первый нормальный стол, разница ощущается с первой ложки.
Сегодня рюкзак остаётся в Айдере, а ты идёшь налегке на яйлу Хусер. Тропа крутая, до верха два с половиной или три часа, так что выйти надо до восьми. Утром долина часто тонет в облаках, и сверху торчат только гребни, как острова в молоке. К полудню туман начинает подниматься и съедает вид. Наверху деревянные домики и весь Качкар в одну линию, и можно проследить глазами, где прошла твоя неделя. К обеду ты внизу, а вечер полностью свободен.
Сегодня идёшь вниз, вдоль реки. Из Айдера спускаешься к Чамлыхемшину, а потом поднимаешься по Фыртыне к Зилькале. Крепость стоит на скале прямо над рекой, вход свободный, пускают с девяти до шести. По пути попадаются горбатые каменные мосты, их тут много, и на каждом хочется остановиться и послушать, как шумит вода. Обед на обратной дороге, форель прямо у садков над рекой. К вечеру ты снова в Айдере.
Сегодня ногам выходной, и они его честно заработали. С утра идёшь в термы Айдера, пока народу мало: горячая вода после недели на тропе вытягивает из ног то, что не вытянул сон. Час в бассейне, потом чай на веранде. Днём можно дойти до водопада Гелин-Тюлю прямо над посёлком. Его зовут «фатой невесты», и правда похоже: вода спадает по скале широкой белой лентой. Вечером мухлама или форель и ранний сон.
Сегодня спускаешься из Айдера к морю, и к обеду ты уже в Трабзоне. Начни с Айя-Софии на западной окраине. Это церковь XIII века на холме над водой, теперь мечеть, и заходить туда лучше между намазами: внутри тихо и прохладно. Через дорогу десертная, где дают сютляч. А вечером гуляешь от Мейдана по Узун-Сокак и ужинаешь черноморской рыбой. После недели в горах море кажется огромным, и на него хочется просто смотреть.
Сегодня едешь к монастырю, который держится за скалу. Сумела открывается в восемь, приезжай к этому часу, потому что к полудню там уже группы. От города до ущелья Алтындере около часа, а дальше пешком: лесная тропа от парковки и длинная лестница вверх. Внутри пещерная церковь с фресками и балконы прямо над обрывом, на которых немного холодеет в животе. После обеда возвращаешься в Трабзон и гуляешь по старому Ортахисару, зажатому между двумя оврагами, до самого моста Загнос.
Последнее утро отдай чаю на набережной Трабзона и морю: аэропорт отсюда в четверти часа.
Летишь в Трабзон, а оттуда долмуш до Чамлыхемшина и Айдера: часа три вдоль моря и потом вверх по ущелью. Выше Чамлыхемшина рейсовых почти нет.
В горы тебя забрасывает машина, её даёт водитель. А между яйлами ходишь только пешком: дорог там нет, есть пастушьи тропы.
Лиры нужны наличными, карты российских банков не работают, так что меняй в Трабзоне. Связь есть в посёлках, а на яйлах и перевалах пропадает.
Ночёвки на яйлах и заброску бронируй заранее, домов там мало. В Айдере жильё на выходные разбирают ещё до сезона.
Радужная форель из садка на решётке, кукурузный хлеб, местное масло и мучной суп. Обед не копеечный, но и не ресторанный.
Рыбу достают при тебе — расстояние от воды до тарелки метров двадцать, и на побережье такую подают уже размороженной.
Дорога Чамлыхемшин — Айдер, ряд заведений над рекой с садками во дворе
Сютляч из Хамсикёя: рисовый пудинг, запечённый до корочки. Подают с мёдом, кадаифом, местным фундуком или мороженым.
Хамсикёйский сютляч — десерт с географическим статусом, на молоке горных пастбищ; тут его и делают, больше в меню ничего нет.
Трабзон, улица Hacı Ziya Habiboğlu, 37 — у мечети Айя-София
Мухлама из кукурузной муки, горного масла и тягучего сыра с яйлы; к ней хлеб на дровах и чай из Хемшина.
Сыр и масло берут с окрестных яйл, минуя магазины в Ризе, — на вкус это ровно та разница, ради которой сюда идут с гор.
Айдер, местность Бинекташ — при въезде в посёлок, у дороги к термам
Акчаабатская котлета из рубленой телятины с чесноком на углях, к ней пиязы, острый перец и белая фасоль.
Котлета носит имя этого городка, так что за ней едут именно сюда, а не в кафе Трабзона.
Акчаабат, центр городка — 15 км западнее Трабзона
Погода у Чёрного моря сырая, так что бери мембрану, которой правда доверяешь, и чехол на рюкзак.
Маркировки почти нет, и без GPS-трека в телефоне блуждают даже опытные.
Летом на яйлах живут пастухи, и у них можно купить свежий сыр и айран.
В Айдере есть термальные источники. После трека туда идут все, и ноги тебе за это будут очень благодарны.
Дождь здесь бывает и в июле, так что сухой мешок для спальника и чехол на рюкзак важнее лишней куртки.
Туман тут частый гость, и на перевалах в нём пропадает и тропа, и чувство направления.
Пастушьи собаки своё дело знают, к отарам лучше не подходить.
В горах говорят только по-турецки, и переводчик в телефоне станет твоим главным собеседником.