Север Вьетнама: Катба, Ниньбинь, Пу Луонг
Две недели на автобусах и лодках: скалы растут прямо из воды и из рисовых полей, а обед стоит сто рублей.
Лангуров Катба на всей планете осталось меньше семидесяти
В Чанг Ане лодочницы гребут ногами, им так удобнее
В Пу Луонге воду в гору тянут бамбуковые колёса
Ниньбинь как Халонг, только скалы стоят не в море, а в полях
Ханой начинается со Старого квартала, и он сразу хватает тебя за рукав. Каждая улица тут когда-то была цехом: здесь только жесть, через квартал шёлк, ещё дальше надгробные таблички, и названия улиц до сих пор помнят, кто где работал. Жить стоит прямо внутри. Ночью шумновато, но утром открываешь дверь, и на тебя несётся река мотобайков. Ужин на пластиковом стульчике у стены, рядом с местными: бун-ча с жаровни выходит дешевле сотни рублей.
Сегодня Ханой пешком и без спешки. Вокруг озера Хоанкьем два с половиной километра прогулки, а по выходным машинам сюда вообще въезд закрыт. Красный мост ведёт на островок, к храму Нгок Шон, где хранится чучело озёрной черепахи размером с дверь. Потом Храм литературы, первый университет страны: стелы стоят на спинах каменных черепах, и шум города сюда почти не долетает. А между делом осваиваешь местный спорт, переход улицы: шагаешь ровно, без остановок, и мотобайки обтекают тебя, как вода камень.
Сегодня перебираешься на Катбу, и дорога состоит из двух половин. Первая на лимузин-вэне до переправы под Хайфоном. Вторая по воде на пароме или по воздуху в кабинке над проливом. Кабинка работает только днём, последняя уходит около половины четвёртого, поэтому выезжать надо утром. Городок на острове шумный, сплошь отели, но стоит выйти за мол, и начинается то, ради чего сюда едут. Жильё ищи у набережной: лодки уходят прямо оттуда, а по вечерам там же продают рыбу.
Сегодня залив Лан Ха. Около восьми лодка отходит от пирса и забирается вглубь, где скалы встают со всех сторон стенами. Между ними качаются плавучие деревни с садками: рыба там плавает живой, пока её не закажут. Днём пересаживаешься в каяк и час или полтора гребёшь своими руками, потому что в пару бухт можно попасть только так, катер туда не пролезает. Если вода тёплая, прыгаешь в неё прямо с борта, только у скал поглядывай на медуз. Обед готовят тут же, на палубе.
Сегодня катаешься по Катбе без гида. На байке через нацпарк до деревни Вьет Хай двадцать километров по пустой дороге, посередине шлагбаум, где берут небольшую плату. Деревня спрятана в каменном котле, и ещё недавно добраться туда можно было только по воде. Обедают у местных, и меню у всех одно. На обратной дороге сворачивай к пляжу Ван Бой: метров триста по тропе вдоль скалы, и берег там обычно пустой, будто его придержали специально для тебя.
Сегодня меняешь море на рисовые поля Ниньбиня. Автобус от переправы едет часа четыре и обычно высаживает в самом городе, но жить лучше в деревне у Там Кока или Чанг Ана. По деньгам выходит так же, а просыпаешься под скалами, посреди полей, и шоссе остаётся где-то далеко. Байк бери сразу: все места тут в пяти-десяти километрах по ровной дороге. Вечером доезжаешь до дамбы между полями, где кофейни ставят столики прямо над водой.
Сегодня тебя повезут по рекам Чанг Ана, и лодочница будет грести ногами, так у неё меньше устаёт спина. Сначала это смешно, а через десять минут уже завидуешь, как ловко у неё выходит. Плыть три часа, маршрутов три: первый самый длинный, через девять пещер, третий покороче, с храмами прямо на воде. В пещерах своды низкие, голову держи пригнутой, а фонарь не нужен, там подсветка. Третий маршрут проходит мимо деревни, где снимали «Конга», в 2024-м её превратили в музей под открытым небом.
Сегодня храм, врезанный в скалу, и вид, ради которого стоит попотеть. Бить Донг в двух километрах от Там Кока: три яруса один над другим прямо в камне, лестницы между ними и пещера, сквозь которую выходишь наверх. Потом десять минут на байке, и ты у подножия Ханг Муа. Пятьсот ступеней, и с гребня под тобой вся долина, река и поля. Иди туда ближе к вечеру, тогда солнце не слепит. Спуск только тем же путём.
Сегодня горы Пу Луонга. Три часа на юго-запад, и последний отрезок петляет по хребту так, что обогнать никого не выйдет. В заповеднике живут тайцы: дома на сваях, скот внизу, а наверху комнаты, где стен почти нет, и ветер гуляет насквозь. Остановись в Доне или Банге: террасы видно прямо с веранды, а к тропам ходишь пешком. В марте поля ярко-зелёные, в октябре золотые, а в другие месяцы там голая земля и вода в чеках.
Сегодня спокойный день, и проходит он в воде. Вверх по ручью от деревни километра три до каскада Хиеу. Вода спускается ступенями, и почти на каждой ступени есть каменная ванна как раз на одного человека. Наверху вода чище и холоднее, внизу теплее, но там больше народу. Обувь бери такую, которую не жалко намочить: местами тропа идёт прямо по руслу. А вечером бассейн у террас смотрит в долину, и вода в нём обрывается прямо на краю, будто переливается в поля.
Сегодня полдня пешком по деревням, около двенадцати километров. Петля идёт между Доном, Хиеу и Кхо Мыонгом по грунтовкам и межам рисовых полей. Вдоль ручьёв крутятся бамбуковые водяные колёса, и они на самом деле поднимают воду на террасы, для туристов их никто не ставил. В Кхо Мыонге посреди деревни яма, а в ней вход в пещеру летучих мышей: внутри прохладно, а запах легко угадать. Обедаешь у хозяев, и рис будут подкладывать, пока не сдашься.
Пять часов на северо-восток, и Ханой снова окружает тебя мотобайками. Вечером иди на Та Хьен. На этом перекрёстке четыре бара выставляют табуретки прямо на асфальт и разливают пиво из бочки за копейки. Если хочется тише, рядом Ма Мэй с домом-музеем купеческой семьи, где есть внутренний дворик и колодец. В полночь столы с улицы убирают, но веселье просто уходит внутрь. После горной тишины этот гвалт неожиданно радует.
Последнее утро в Старом квартале с кофе с яйцом: его едят ложкой, и никто не удивляется.
Аэропорт в тридцати километрах от Старого квартала Ханоя, в город едешь рейсовым автобусом или на такси. На Катбу сначала автобус до пирса, а дальше катер или канатка над проливом.
Между точками маршрута ходят лимузин-вэны и автобусы, их бронируешь накануне через жильё. На Катбе выручают байк и такси, а к бухтам возят лодки с пирса.
Автобусы, паром и лодки берут наличные донги: карты РФ не работают, доллары меняй в Ханое. Мелкие купюры держи под рукой, сдачи с крупных часто нет.
Лимузин-вэны и лодки в залив Лан Ха берут накануне, в сезон места кончаются. В Пу Луонге домов немного, и на выходные их разбирают заранее.
Горные серпантины здесь извилистые, и сто километров легко растягиваются на три часа. Если укачивает, таблетки держи в кармане, а не в багаже на крыше автобуса.
Здесь в 1946 году придумали яичный кофе: желток со сгущёнкой взбивают в крем и ставят на чашку крепкого вьетнамского.
Рецепт держит семья основателя, работает с семи утра до десяти вечера — но с полудня свободных табуреток нет.
Ханой, 39 Nguyễn Hữu Huân — Старый квартал, вход через узкий проход и лестницу наверх
Бун ок: рисовая лапша с речными улитками в кисло-томатном бульоне, горячая или холодная. Зал на десяток столов.
Улитки — ханойская еда, которую гостю обычно не предлагают: в туристическом меню стоят фо и бун ча.
Ханой, Нгуен Сиеу, 43, Старый квартал
Банькуон: рисовые блины на пару с грибами и свининой, жареный лук, соус ныок-мам. Готовят при тебе.
Блины снимают с ткани над паром порциями по три: такое нельзя приготовить заранее и разогреть к обеду.
Ханой, улица Ханг Га, 12–14, Старый квартал
Горная коза: тай-чань с лимоном, на пару с периллой, рисовая корочка ком-чай под козьим соусом.
Козу здесь едят местные семьи и компании: зал на сотни мест, столы на восемь и двенадцать человек.
Ниньбинь, сам город: переулок 458 улицы Нгуен Хюэ, дом 29 — до Чанг Ана минут пятнадцать на такси
Вместо автобуса бери лимузин-вэн: денег столько же, а кресел девять вместо сорока.
Кофе с яйцом сначала пробуют из любопытства, а потом заказывают каждое утро.
Сим-карту покупай в аэропорту, интернет тут дешевле воды.
Лан Ха — тот же известняк, что в Халонге, только без круизной толпы. Лодку бери на целый день.
На Катбе поднимись к Пушечному форту: двадцать минут вверх, и весь залив перед тобой.
На Катбу через пролив ходит канатка: быстрее парома и заодно работает как смотровая.
Горные дороги петляют, так что если укачивает, таблетки держи в кармане.
В декабре на севере +18 и сыро, купальник почти не понадобится.
В марте и апреле север кутается в морось и туман, и вместо скал с воды порой видна только молочная стена.