Севастополь и Балаклава для тех, кому мало пляжа

Поезд идёт полтора суток, так что первый день — это дорога и заселение. Вечером остаётся ровно то, что рядом: Приморский бульвар, катер через бухту за три минуты и купание с городской набережной.

Приходи к открытию, к девяти: раскопки лежат на голом солнце, тени в них нет ни клочка. Иди сразу к дальнему краю, к базилике с колоннами над обрывом и туманному колоколу, а назад иди через жилые кварталы: тогда основной поток пойдёт навстречу, а не в спину. Античную коллекцию перевезли в новый Музей античности и Византии рядом, смотреть её теперь надо там. После обеда — Малахов курган.

Катер через бухту на Северную сторону, оттуда десять минут автобусом — и ты на Учкуевке: песок, сосны и никакой программы до самого вечера. Обратно тем же катером.

Подземный завод открывают в девять и закрывают в девять вечера, но санитарный день — последний понедельник месяца, и в него в бухту ехать незачем. Внутри круглый год плюс пятнадцать, кофта не помешает даже в августе. Потом наверх, к Чембало: подъём от набережной по лестнице минут двадцать, и с башен вход в бухту виден так же, как его видели генуэзцы. Вниз — на Назукина, к рыбе и закату.

Восемьсот ступеней вниз, бирюзовая вода и весь день у моря — наверх поднимаешься только к ужину. Захочется — Свято-Георгиевский монастырь стоит прямо у начала лестницы.

До кордона Барская поляна около двух часов, рейсовый автобус на Соколиное ходит редко — уезжай первым рейсом. Тропа тянется вдоль Аузун-Узени между стенами в триста метров: сначала Голубое озеро, потом Ванна молодости, где вода держит плюс одиннадцать даже в августе. Выше по руслу лезут с руками, а летом лес бывает закрыт от пожаров — сверь накануне. Рассчитай так, чтобы к пяти стоять у трассы.

Пляж в Омеге с пологим входом и почти без волны — от центра двадцать минут автобусом. Рядом парк Победы: тень, кофе, скамейки, и на этом планы дня заканчиваются.

Электричка из Севастополя идёт около часа и привозит в новый город: до дворца оттуда ещё маршрутка или полчаса пешком. Внутри сейчас открыты ханская мечеть и гарем, а Главный и Графский корпуса стоят в лесах до двадцать седьмого года — часть залов просто не увидишь, и знать это стоит до кассы. Дальше вверх по ущелью мимо Успенского монастыря и на плато, к Чуфут-Кале: полчаса в гору по камню.

Пятнадцать минут электричкой до платформы Инкерман — монастырь стоит прямо у путей, вырубленный в белой скале, и в пещерные храмы ведёт лестница изнутри. Оттуда тропа наверх, на плато к Каламите: башни, ров, вырубленный в камне, и устье Чёрной как на ладони. Штольни винзавода рядом, но внутрь пускают по записи, и договариваться надо с утра, а не подходить к воротам днём.

Ливадийский дворец, где делили послевоенный мир, и Царская тропа — шесть километров ровного променада в соснах над морем. Обратно к Ласточкину гнезду лучше катером: с воды оно то самое, что на всех открытках.

Пещерные города на столовых горах: час подъёма — и наверху плато с цитаделью, вырубленными в скале храмами и обрывом на все стороны. Народу там ровно столько, сколько готово идти в гору.

Мемориал на месте последней точки обороны Севастополя — вход бесплатный, по понедельникам закрыто, и это самая тяжёлая экскурсия в городе. Детей до семи лет не пускают, до двенадцати не советуют — с малышом этот день пропусти. Потом маяк на мысе и купание в Казачьей бухте, чтобы выдохнуть.